Встреча с волчьей семьей
Женино чутье, которое стало гораздо тоньше и искуснее, с приходом весны стало подсказывать, что в долине он не один, что есть еще кто-то, кто бы мог с ним посоперничать в охоте, быстроте и силе. И это однажды проявилось.
Когда окончательно сошел снег, и трава дружно пошла в рост, Женя и встретил их - пару осторожных, темно-серых волков, с длинными висячими хвостами. Хищники стали все чаще попадаться ему на глаза, когда он по обыкновению вел наблюдение за долиной, разглядывая ее в свою половинку бинокля, вернее в монокуляр. Волки попадались чаще всего в одном и том же месте - у небольшого, скального останца южного склона, как раз напротив шумного водопада. Сначала Женя подумал, что это собаки и где-то рядом должен быть охотник, но, приглядевшись, понял, что это и есть настоящие волки. Это открытие необыкновенно обрадовало его, будто он встретил людей, которые, как и он, приняли таежный образ жизни.
Стараясь быть незамеченным, Женя время от времени пробирался на свое укромное место, с которого и наблюдал за волками. Скоро он определил, что покрупнее – самец, а поизящнее – волчица. Но вот самка неожиданно пропала. Это встревожило Женю. Однако, самец продолжал вести себя спокойно, подолгу неподвижно сидел, оглядывая окрестности. Только через несколько дней Женя увидел самку и шесть маленьких комочков, которые выкатились из-под скального останца и стали кататься по траве, все обнюхивать, бороться друг с дружкой. Женю охватил такой восторг, что с его лица весь день не сходила блаженная улыбка. За все эти дни волки стали для Жени близкими. Он безумно хотел познакомиться с ними ближе, разделить с ними свое одиночество, посидеть рядом с ними, погладить щенков. У него крепло убеждение, что у него и этой парочки есть много общего, что сближает и даже роднит их. А теперь после появления живых комочков у Жени даже глаза повлажнели от умиления.
Волчата росли буквально на глазах. Крепли, бегали, забирались на отца, покусывали его за уши, морду, хвост. Мать приносила еду, отрыгивала ее, и шесть зверьков, расталкивая друг дружку, рвали ее на части, и Женя будто слышал их урчание и повизгивание.
Наблюдение за семейкой волков стало для Жени не просто необходимостью, а страстью. Просыпаясь, он думал о них, и, засыпая, перебирал и перебирал в памяти их щенячьи забавы. С большого расстояния он уже мог отличить каждого из шести щенков.
Однажды, переходя ручей, Женя увидел в прибрежной глине четкий след волка внушительных размеров. Это был свежий след - след чужака. Сначала Женя не придал особого значения этому следу. Ну, след и след, сколько их бывает в долине. Но ближе к вечеру этот след стал его волновать. «Чужак! Откуда он? Один или их несколько? На кого он охотится?» – лезли и лезли в голову Жени неприятные мысли. А на следующее утро он неожиданно проснулся от острого ощущения тревоги. Такое с ним было только один раз - в схватке с медведем. Открыв глаза, он сразу понял, что беда где-то рядом. Не раздумывая, схватив колчан и нож, он пустился к южному склону. С каждым шагом тревога нарастала. Перебравшись на другой берег реки, он и увидел результат тревоги – распластанное тело самца-отца волчат с вывернутой назад головой и развороченной шеей. Женя замер. Он в ужасе смотрел на измятый труп волка, а мысли были уже там, выше, в логове, где остались волчата с матерью. Ноги, не разбирая дороги, сами понесли его вверх по склону. От мрачного предчувствия сердце готово было остановиться.
Волчицу-мать он увидел еще издали. Она лежала, словно спала. Женя думал, что она при виде него вскинет голову, вскочит и бросится на него или рванет к входу в логово защищать своих детенышей. Однако, она не шевелилась. Явных признаков насилия не было видно, лишь сваленная, мокрая от чужой слюны шерсть на шее и боках говорили о недавней схватке. Женя не сразу заметил, что глаза у зверя открыты. Волчица умирала. В ее глазах была такая боль и тоска, что у Жени подступил колючий ком к горлу, стало трудно дышать. Он на всю жизнь запомнит этот взгляд умирающего зверя.
Женя присел подле волчицы и положил ладонь на ее широкий лоб. Глаза зверя смотрели на него с невероятной болью, жалостью и надеждой.
- Кто вас?! Где твои ребята?! – прошептал он, заглядывая волчице в глаза. Та, словно поняв человека, попыталась повернуть голову, но лишь вывернула глаза так, что показались белки. Женя вскочил, быстро добежал к самому логову и замер от неожиданности, остро почувствовав, как шевельнулись на голове волосы.
На площадке, где обычно проводила время волчья семья, словно ненужные плюшевые игрушки, были разбросаны волчата. Женя кидался от одного пушистого комочка к другому, поднимая их, тряс, словно они спали и никак не могли проснуться. У него никак не укладывалось в голове: «А детей-то за что?! И конечно, главный вопрос – кто это сделал?» Хотя подозрение сразу падало на чужака, следы которого Женя видел. Он тормошил мертвых волчат, и в нем закипала ярость, глаза щипало, а руки наливались необыкновенной силой. В этот момент он был готов сразиться с кем угодно, лишь бы отомстить за эти мохнатые комочки, отдать что угодно, чтобы они вновь ожили.
Волчата были еще теплыми, значит, беда случилась недавно. Женя со слезами на глазах собирал щенят и укладывал их рядом с логовом. Получилось всего пять. Женя расширил радиус поиска шестого щенка с надеждой, что хотя бы шестой оказался жив. «Неужели чужак утащил его с собой?» - метался Женя, продолжая поиск. И вдруг, словно чудо, словно в страшную непогоду ударило солнце, - раздался слабенький, как из-под земли, едва слышимый писк. Женя застыл, превратился в слух. Писк продолжительный, испуганный, отчаянный повторился еще раз и еще, и шел он из самого логова. Женя кинулся к входу и попытался в него пролезть. Но вход оказался очень узким, и ему пришлось долго, почти до вечера ждать, когда этот уцелевший шестой появится сам.
Когда из логова показались испуганные глаза-смородины маленького зверька, Женя чуть не набросился на него. Пришлось терпеливо ждать, пока волчонок отойдет на достаточное расстояние от входа, чтобы успеть его перехватить и не дать забраться обратно.
Когда страшно перепуганный волчонок рычал, кусал, царапал Женины руки, тот был необыкновенно счастлив. Не обращая внимания на свирепость зверька, Женя то прижимал его к себе, то гладил вертлявое существо, то давал ему в зубастую пасть ладонь, от души этим наслаждаясь.
Он отнес волчонка в избушку, налил в свою чашку то, что оставалось от вчерашнего ужина, и отправился обратно. Надо было похоронить волчью семью.
Давящий посторонний взгляд стал преследовать Женю ровно тогда, когда он взял на руки выжившего волчонка. Взгляд был тяжелый, злобный, вражеский. Раньше ему приходилось испытывать подобные взгляды росомахи, и он даже к ним привык, но этот был гораздо сильнее и опаснее.
Даже когда он стаскивал трупы волков и волчат, закладывал их камнями, постоянно чувствовал на себе злобный взгляд чужака. Однако, Женю это не пугало, он никого в этой долине не боялся. А за семью волков обязательно рано или поздно отомстит.
Продолжение следует.
