Новости других городов
Североуральск
-18 °C
$76,15
€90,27
Анатолию Никоноровичу Алексееву в феврале следующего года исполнится 90 лет. Человек он максимально позитивный, всегда вижу его только в хорошем настроении. Никонорович, как многие его называют, со дня основания газеты “ПроСевероуральск.ru” в 2012-м году (тогда еще “В каждый дом”) был частым гостем редакции, заходил поболтать, а иногда приносил свои заметки. Они тоже всегда были интересными, добрыми, написанными с юмором.
Ничуть не изменился Анатолий Никонорович и сейчас - все так же улыбается, шутит, говорит громко, приветливо здоровается с продавцами в магазинах и соседями у подъезда. Рассказывает, что и в областном госпитале на Широкой речке, где провел почти полгода, с мая по октябрь 2023 года, его тоже весь персонал запомнил, говорили, что будут скучать.
- Выписывался, тоже врачей рассмешил, - вспоминает Никонорович, - мне говорят: “То не ешь, это не ешь”. А жить-то можно? - спрашиваю. “Жить-то можно”. А на бабушек смотреть? Отвечают: “Конечно, но только издалека”.
Детей не корми, а государству отдай
Прошу Анатолия Никифоровича рассказать о жизни в деревне, о колхозе, и о том, как 30 лет отработал в “Бокситстрое”. Он с удовольствием рассказывает.
- Жил в крепостном праве, 10 лет отработал в колхозе бесплатно - на лошади, на тракторе на прицепе, электриком. Освободился только в 55-м, когда в армию призвали.
Государство требовало от деревенских сдавать молоко - 320 литров в год. А мать, одна растившая двоих детей (его и дочку, которая была на 8 лет младше Анатолия), три месяца молоко сдавать не ходила - самим есть нечего было. Местный председатель колхоза был свой мужик, глаза на это закрывал, молчал. Но приехал в мае в деревню председатель райкома, пошел по домам.
- Этот председатель райкома - фронтовик с клюшкой, самогона напился и давай дома у нас права качать, почему молоко мать не сдает, - рассказывает Анатолий Никонорович, - а я тогда пацаном уже за плугом ходил, огороды пахал по очереди, картошку сажать. Зашел домой позавтракать, сижу ем картошку без хлеба, молоком запиваю. Мать оправдывается, а райкомовский ей: “Государству не сдаешь, а детей кормишь!” Чистил-чистил Сталин в 37-м году, хороших-то убрал, а вот такие охламоны пооставались.
С того самого случая Анатолий твердо для себя решил никогда не вступать в партию. Сколько ни агитировали его стать коммунистом, всегда отвечал - это не моя партия. Говорит, что в коммунизм с детства не верил. Потому что люди - те же животные, невозможно заставить их потреблять по потребности. Не получится это.
Сестренку мою угробили
О страшной трагедии, случившейся в 1952-м году, Анатолий помнит по сей день. Сестренка его росла очень умной девочкой, за один год учебы в школе окончила сразу два класса.
- Шофер деревенский на ГАЗ-51 нажрался самогона, женщина одна из деревни его напоила, - вспоминает мужчина, - я зарубить ее хотел, но она спряталась, неделю не показывалась. Шофер этот пьяный решил ребятишек в кузове прокатить, усадил, а борта не закрыл. Сестренка моя выпала из машины и попала под прицеп. Ей было 8 лет.
О браках - на 3 месяца и на всю жизнь
С первой супругой Анатолий Алексеев прожил в браке ровно три месяца. Она была татарочка, работала фельдшером-педиатром в детском саду в Перми. Пришло время отпуска, молодожены хотели ехать к родителям невесты знакомиться. А те пишут: “Не езжай, ты нам не дочь”, потому что были против брака с русским.
- Она в слезы, - вспоминает Никонорыч, - я обнял ее, говорю спокойно: “Они нам все равно жить не дадут, давай разойдемся, пока дураков не наделали”. И разошлись.
Анатолию тогда было 27 лет. Свою вторую половинку он встретил вскоре - оба учились в вечерней школе. Аннушка была на полтора года старше Анатолия, училась на землекопа. Потом выучилась на машиниста подъема и работала на шахтах №№№16 и 14.
- Она у меня красавица была, как артистка. Когда мы сошлись, не один мужик на нее голову свернул, - с улыбкой вспоминает Анатолий, - у нее дочка была, потом мы вторую родили. Все дети и внуки у нас умные и замечательные.
Скоро будет пять лет, как Никонорыч похоронил свою Аннушку. В память о ней пытался посадить во дворе перед домом листвянку - одну, вторую. Не прижились…
Норковую шубу надела три раза
Однажды поехали супруги в Москву, год примерно 1965-й. Там жили сестры Анны. Договорились через знакомых, чтобы Алексеевы купили в “Березке” норковую шубу за рубли. Шуба стоила как четверть новой машины "Жигули" первой модели (авто стоило 5000, а шуба 1400).
- Купили, приехали в Североуральск, Аннушка три раза шубу надела, сходила в клуб, увидела косые взгляды, и снова надела свою цигейковую шубку старую. Сказала, что не может так, - с любовью и пониманием рассказывает супруг, - понравилась норковая шуба жене одного начальника, Аннушка ей продала. Аннушка наряжаться не очень любила, а принаряди ее, была бы настоящая актриса.
P.S. Пообщаться с Анатолием Алексеевым журналистам "ПроСевероуральск.ru" предложила его соседка и помощница Ольга Коптяева. Спасибо ей! Если у вас, уважаемые читатели, есть такой интересный сосед, родственник, знакомый, пишите. Пусть люди делятся воспоминаниями.
Ничуть не изменился Анатолий Никонорович и сейчас - все так же улыбается, шутит, говорит громко, приветливо здоровается с продавцами в магазинах и соседями у подъезда. Рассказывает, что и в областном госпитале на Широкой речке, где провел почти полгода, с мая по октябрь 2023 года, его тоже весь персонал запомнил, говорили, что будут скучать.
- Выписывался, тоже врачей рассмешил, - вспоминает Никонорович, - мне говорят: “То не ешь, это не ешь”. А жить-то можно? - спрашиваю. “Жить-то можно”. А на бабушек смотреть? Отвечают: “Конечно, но только издалека”.
Детей не корми, а государству отдай
Прошу Анатолия Никифоровича рассказать о жизни в деревне, о колхозе, и о том, как 30 лет отработал в “Бокситстрое”. Он с удовольствием рассказывает.
- Жил в крепостном праве, 10 лет отработал в колхозе бесплатно - на лошади, на тракторе на прицепе, электриком. Освободился только в 55-м, когда в армию призвали.
Государство требовало от деревенских сдавать молоко - 320 литров в год. А мать, одна растившая двоих детей (его и дочку, которая была на 8 лет младше Анатолия), три месяца молоко сдавать не ходила - самим есть нечего было. Местный председатель колхоза был свой мужик, глаза на это закрывал, молчал. Но приехал в мае в деревню председатель райкома, пошел по домам.
- Этот председатель райкома - фронтовик с клюшкой, самогона напился и давай дома у нас права качать, почему молоко мать не сдает, - рассказывает Анатолий Никонорович, - а я тогда пацаном уже за плугом ходил, огороды пахал по очереди, картошку сажать. Зашел домой позавтракать, сижу ем картошку без хлеба, молоком запиваю. Мать оправдывается, а райкомовский ей: “Государству не сдаешь, а детей кормишь!” Чистил-чистил Сталин в 37-м году, хороших-то убрал, а вот такие охламоны пооставались.
С того самого случая Анатолий твердо для себя решил никогда не вступать в партию. Сколько ни агитировали его стать коммунистом, всегда отвечал - это не моя партия. Говорит, что в коммунизм с детства не верил. Потому что люди - те же животные, невозможно заставить их потреблять по потребности. Не получится это.
Сестренку мою угробили
О страшной трагедии, случившейся в 1952-м году, Анатолий помнит по сей день. Сестренка его росла очень умной девочкой, за один год учебы в школе окончила сразу два класса.
- Шофер деревенский на ГАЗ-51 нажрался самогона, женщина одна из деревни его напоила, - вспоминает мужчина, - я зарубить ее хотел, но она спряталась, неделю не показывалась. Шофер этот пьяный решил ребятишек в кузове прокатить, усадил, а борта не закрыл. Сестренка моя выпала из машины и попала под прицеп. Ей было 8 лет.
О браках - на 3 месяца и на всю жизнь
С первой супругой Анатолий Алексеев прожил в браке ровно три месяца. Она была татарочка, работала фельдшером-педиатром в детском саду в Перми. Пришло время отпуска, молодожены хотели ехать к родителям невесты знакомиться. А те пишут: “Не езжай, ты нам не дочь”, потому что были против брака с русским.
- Она в слезы, - вспоминает Никонорыч, - я обнял ее, говорю спокойно: “Они нам все равно жить не дадут, давай разойдемся, пока дураков не наделали”. И разошлись.
Анатолию тогда было 27 лет. Свою вторую половинку он встретил вскоре - оба учились в вечерней школе. Аннушка была на полтора года старше Анатолия, училась на землекопа. Потом выучилась на машиниста подъема и работала на шахтах №№№16 и 14.
- Она у меня красавица была, как артистка. Когда мы сошлись, не один мужик на нее голову свернул, - с улыбкой вспоминает Анатолий, - у нее дочка была, потом мы вторую родили. Все дети и внуки у нас умные и замечательные.
Скоро будет пять лет, как Никонорыч похоронил свою Аннушку. В память о ней пытался посадить во дворе перед домом листвянку - одну, вторую. Не прижились…
Норковую шубу надела три раза
Однажды поехали супруги в Москву, год примерно 1965-й. Там жили сестры Анны. Договорились через знакомых, чтобы Алексеевы купили в “Березке” норковую шубу за рубли. Шуба стоила как четверть новой машины "Жигули" первой модели (авто стоило 5000, а шуба 1400).
- Купили, приехали в Североуральск, Аннушка три раза шубу надела, сходила в клуб, увидела косые взгляды, и снова надела свою цигейковую шубку старую. Сказала, что не может так, - с любовью и пониманием рассказывает супруг, - понравилась норковая шуба жене одного начальника, Аннушка ей продала. Аннушка наряжаться не очень любила, а принаряди ее, была бы настоящая актриса.
P.S. Пообщаться с Анатолием Алексеевым журналистам "ПроСевероуральск.ru" предложила его соседка и помощница Ольга Коптяева. Спасибо ей! Если у вас, уважаемые читатели, есть такой интересный сосед, родственник, знакомый, пишите. Пусть люди делятся воспоминаниями.
Комментарии
Популярные новости
