В Год защитника Отечества и накануне 80-летия Победы мы открываем рубрику «Видели войну», где будем публиковать воспоминания североуральцев, чье детство и юность пришлись на 40-е годы прошлого столетия.
О своем довоенном и военном детстве в Покровске-Уральском (ныне Североуральске) рассказывает Леонид Аввакумович Копытов – главный энергетик СУБРа, ветеран предприятия.
- Мои родители Аввакум Иванович и Клавдия Никитична Копытовы были сосланы в Краснотурьинск из Курганской области вслед за своими родителями Копытовыми и Слудновыми в 30-е годы в период коллективизации. Их родители были по советским меркам зажиточными крестьянами, потому что работали и днем, и ночью. В Краснотурьинске царила полная анархия: голод, не было работы, ссыльные люди умирали. Их складировали прямо на вокзале. Мой отец узнал, что в Покровске-Уральском есть работа и людей кормят более-менее. И пешком по железной дороге он ночью пришел из Краснотурьинска сюда в комендатуру проситься на работу. Комендант принял его ремонтником в леспромхоз. Через месяц по просьбе отца комендант разрешил привести сюда семью. Всей семьей – с родителями и моим трехлетним братом Антоном пришли за ночь в Покровск.
Покровск-Уральский тогда насчитывал около 4000-5000 населения, в основном, конечно, ссыльные. Одна половина работала в леспромхозе, другая половина – на шахте «Первомайская», которая относилась к Богословскому рудоуправлению. Жили мы в деревянных бараках по несколько семей, внутренние перегородки из горбыля с выпавшими сучками. Так что соседи видели нашу жизнь, а мы - их.
Я родился в 1939 году, и был четвертым ребенком среди семерых детей моих родителей. Начало войны я плохо помню. Но тягот досталось всем. Хоть у нас здесь был тыл и пули не летали, но работали, не покладая рук. Помню: отец утром рано уходил на работу и поздно вечером приходил. Бывало, что уйдет в фуфайке и валенках, а придет чуть ли не босиком, потому что всё на фронт отдавали. Мама во время войны работала швеей, шила гимнастерки для фронта. Мой старший брат Антон с 13 лет работал на руднике экскаваторщиком. Он всегда был в передовиках и даже был награжден Сталинской грамотой.
Помню, детский сад и крошечные нормы хлеба. Очень хлеба хотелось, но его не было. У нас была корова, собственно, она нас и кормила. Помню, что в три года сломал ногу, сидел дома один в кроватке и слушал по радио военные сводки. А потом нашел под столом отцовскую гармошку и стал самостоятельно учиться на ней играть. В пять лет я играл в детском саду на музыкальных занятиях и аккомпанировал школьному хору. Директор школы приходила за мной в детский сад, брала под мышки меня и гармошку и несла в школу, и таким же образом возвращала назад. Так игрой на гармошке я в пять лет заработал первые свои трудовые деньги. Мама купила мне рубашку.
Хорошо помню День Победы. Было раннее утро, мы все ещё спали, кто на полатях, кто на кровати. Мама нас будит, кричит: «Ребята, вставайте! Мы победили! Всё! Конец войне!» Мы скатились с полатей, бегаем вокруг печки вприпрыжку, радуемся кричим: «Победа!» Этот день объявили выходным, вечером на улице были танцы. Я играл на гармошке разные мелодии, и все покровчане танцевали и пели. Вечером дома сели за стол, и отец поздравил всех нас с победой.
Продолжение следует.
Записала Людмила Михалева.
